Топливная доля энергетики

Все хотят дешевой электро- и теплоэнергии, но не все знают о могучем весе топливной составляющей в конечной цене этих товаров

Шахтерский парадокс

Челябинская область хорошо помнит жаркое лето 1998 года, когда бастовали шахтеры, требуя денег за отгруженный уголь. Ими была перекрыта Транссибирская магистраль.

Сворачивали производство крупнейшие предприятия области. Из-за отсутствия челябинского угля на Аргаяшской ТЭЦ возникла прямая угроза техногенной аварии на ПО «Маяк». 4323424Областная власть делала все, чтобы не допустить паралича экономики региона. В результате компромисса было подписано известное трехстороннее соглашение, правда, без участия Челябэнерго. Только после этого спал накал шахтерских выступлений. После шахтерских волнений в судьбе каждого из субъектов этих волнений что-то изменилось. Шахтеры в лице областной власти приобрели гаранта получения денег за добываемый уголь и «выбивальщика» денег из центра на дотации и реструктуризацию угольного бассейна. В лице Челябэнерго и других дебиторов шахтеры получили регулярных плательщиков по зарплатным счетам. Ежемесячно Челябэнерго должно было аккуратно рассчитываться с АО «Челябинскуголь» за отгруженный уголь, причем в этих расчетах железно закреплялась 32,5-процентная денежная доля (единственный пример в России, в среднем — 12 процентов!) и еще 5-процентный возврат прежних долгов. Власть получила управляемую ситуацию и хороший запас времени для решения стратегических проблем Челябинского угольного бассейна.

Что же получили челябинские энергетики?

«Из природных топливных ресурсов в Челябинской области имеются каменный и бурый уголь. К настоящему времени основные и лучшие по качеству запасы углей в Челябинском угольном бассейне отработаны. Оставшиеся балансовые запасы углей в бассейне ограничены, из них благоприятны для разработки — 123 млн. тонн», — это цитата из Программы развития и реконструкции топливно-энергетического комплекса Челябинской области до 2005 года, утвержденной 15 января 1998 года Законодательным собранием области. Доминирующее значение в топливном балансе нашей области занимает природный газ — свыше 65 процентов, а до 45 процентов потребляемого энергетическим комплексом области топлива приходится на экибастузские угли для Троицкой ГРЭС (до 9 млн. тонн в год при хорошей загрузке станции).

Доля челябинского угля в общем топливном балансе основного его потребителя, АО «Челябэнерго» (без ТГРЭС), занимает 37,5 процента. В последние годы она колеблется, имея тенденцию к снижению. В 1998 году Челябэнерго планировало сжечь 4,3 миллиона тонн челябинских углей (а фактически сожжено 3,8), в 1999 году — 3,79, а в 2002 году — не более 2,5 миллиона тонн. В будущем потребности Челябэнерго в местном угле может полностью удовлетворить один Коркинский разрез — наиболее мощная и перспективная структура АО «Челябинск-уголь». При всей значимости челябинских углей для нашей области их доля в производстве электрической и тепловой энергии будет снижаться еще и потому, что у государства нет денег, чтобы оплачивать за бюджетный счет издержки планово-убыточного угольного бизнеса. Стратегия государства ясна: отодвинуть от дотаций «черные дыры» народного хозяйства. Непомерно велики для государства и издержки по реструктуризации угольных предприятий. Сотни миллионов долларов США, выделенных из целевых кредитов Мирового банка в 1996-1997 годах угольной отрасли, просто испарялись, не доходили до шахт, как не доходят до них деньги за проданный через посредников уголь. Многие угольные предприятия России от своей деятельности имеют лишь убытки и новые долги. При этом, как утверждает журнал «Эксперт», вес шахтерской зарплаты в среднем по стране достигает 60 процентов от себестоимости добытого угля. У газовиков по стране этот показатель равен 5 процентам. В энерготарифе АО «Челябэнерго» «зарплатная» доля не дотягивает и до 4 процентов.

Так какой же экономический результат получили наши энергетики после шахтерского лета-98?

После 17 августа 1998 года потребители Челябэнерго рассчитываются с энергетиками из рук вон плохо и не более 13 процентов «живыми» деньгами. С другой стороны, 32,5 процента «живых» денег из платежей Челябэнерго челябинским угольщикам составляют почти третью часть всех денежных средств, собираемых энергетиками со своих потребителей. В 1998 году шахтерам денег перепадало даже больше, чем налоговых сборов (деньгами) с Челябэнерго в бюджеты всех уровней. В итоге энергетики последние три месяца с огромным трудом могли рассчитываться с газовиками при существенно более низкой доле оплаты деньгами голубого топлива, с Тюменьэнерго за перетоки электроэнергии с ФОРЭМ, с экибастузскими шахтерами за уголь для Троицкой ГРЭС, со своими многочисленными поставщиками материальных ресурсов и подрядчиками. Налицо серьезный денежный дисбаланс. Чтобы вконец не рассориться с остальными своими кредиторами, Челябэнерго придется крепко подумать, идти ли в 1999 году, как и в прошлом, на эксклюзивно щедрые расчеты с шахтерами «живыми» деньгами. При существующих объемах поставок местного угля на станции Челябэнерго 17 тысяч энергетиков никогда не «обработают» зарплатой 21 тысячу шахтеров. Вполне откровенно прокомментировал «шахтерский парадокс» заместитель главы Минтопэнерго А.Е. Евтушенко в декабре 1998 года, во время своего рабочего визита в Челябинскую область. Он считает оптимальным соотношение, когда на добываемые 5 миллионов тонн челябинского угля приходится 5 тысяч работников АО «Челябинскуголь».

Конкурирует топливо

Отношения южноуральских энергетиков с южноуральскими шахтерами всегда были партнерскими. Конвейер «шахта-электростанция-потребитель энергии» действовал бесперебойно. После перехода от плановой экономики к экономике почти рыночной между ними пробежала черная кошка. Сегодня на все взаимоотношения энергетиков с шахтерами накладывает отпечаток конфликт интересов.

Интерес шахтеров — продать Челябэнерго свой уголь и иметь такого крупного потребителя как можно дольше. Себестоимость добытого угля, их затраты и прибыль (если есть) выливаются в чистые затраты Челябэнерго. Топливная составляющая в одном киловатт-часе равна почти 70 процентам. Цена киловатт-часа — это прежде всего цена топлива. Наши энергетики прямо заинтересованы переходить с дорогого челябинского угля на другой, более дешевый и технологичный энергоноситель — на газ. В этом случае у них улучшается структура затрат, общие финансовые показатели производства, а значит, закладываются резервы для развития энергосистемы и сдерживания роста тарифов.

Добываемый в шахтах и разрезах Копейска, Коркино, Еманжелинска уголь сжигается в топках угольно-газовых станций Челябэнерго: ЧТЭЦ-1, ЧТЭЦ-2, ЮУГРЭС и чисто угольной станции — Аргаяшской ТЭЦ. Челябинский уголь один из самых дорогих в России еще и потому, что он низкокалорийный и высокозольный. По калорийности он в 2 раза, а по зольности в 2,5 раза хуже углей Кузбасса. Его зольность доходит до 40 процентов. То есть почти 400 килограммов каждой тонны челябинских углей перерабатывается впустую, не дает отдачи, идет в золоотвалы. Для сравнения: Маргарет Тэтчер «выдавливала» из-под земли английских шахтеров, борясь за эффективность отрасли с их профсоюзами тогда, когда на-гора выдавался уголь с зольностью до 10 процентов.

Энергетики не выйдут на рельсы и не будут стучать касками. У них нет 2-3 должников, как у шахтеров, с которых можно стребовать львиную долю честно заработанного. Армия их потребителей достигает сотни тысяч субъектов. Финансовый кризис, бартеризация экономики подталкивают наших энергетиков как можно быстрее освободиться из-под тяжелой шахтерской длани, выгребающей «живые» деньги из оборота. Южноуральским энергетикам придется форсировать более глубокий перевод электростанций на газ. Как показывает опыт, с газовиками договориться легче и дешевле. Из двух альтернатив — поддерживать затратный бизнес шахтеров или совершенствовать, удешевлять свой — энергетики явно предпочтут вторую.

В 1998 году ускорилась газификация Аргаяшской ТЭЦ. Вопрос перевода АТЭЦ на газ поставлен не сегодня. План перевода станции на газ медленно, но верно осуществляется с момента образования АО «Челябэнерго». Уже в 1999 году два котла из 9 будут вырабатывать энергию на газе. Это позволит ежедневно экономить до 1,5 тысячи тонн «золотого» челябинского угля, обеспечит безопасную работу химкомбинату «Маяк» (при отсутствии газа котлы способны также сжигать угольную пыль), на треть уменьшить годовые выбросы в атмосферу отходов горения и экологические штрафы. Аргаяшская ТЭЦ и в целом Челябэнерго сделают существенный шаг вперед для выработки дешевой энергии, обезопасят свою деятельность от сюрпризов угольной отрасли. На 100 процентов сверстан план газификации Троицкой ГРЭС. Судьба уже этого проекта всецело зависит от решения вопроса о доверительном управлении ТГРЭС Челябэнерго. На очереди — полная газификация Челябинской ТЭЦ-1 и более глубокая газификация Южноуральской ГРЭС.

Перевод электростанций Челябэнерго на газ, ко всему прочему, сберегает энергооборудование от преждевременного износа и поломок. При использовании углей идет колоссальный износ поверхности нагрева котлов и оборудования, используемого для подготовки этого топлива к горению. Газ не может вывести из строя поверхности нагрева раньше 25-30 лет. При использовании челябинских углей смена оборудования происходит каждые 8 лет. А это больше траты денег и металла. Ремонты, простои котлов и турбин, естественно, удорожают вырабатываемую энергию.

Новые подходы

Фразу «газ заменит уголь» можно понимать двояко: газ заменит уголь, но и уголь заменит газ. Самое главное, чтобы был эффект на выходе — дешевые электроэнергия и тепло. Делать ставку только на газ, как, впрочем, и на уголь, опрометчиво. Газ — товар федерального уровня, поэтому вопросы бесперебойной его поставки, объемов и оплаты решаются чаще в Москве, чем здесь, в области. Это деликатный товар. Он не терпит разгильдяйства. Его не накопишь в баллонах (или как уголь — на складе) на случай разрыва газопровода или урезания лимитов. Лучше всего, когда под рукой есть газ и уголь и они взаимозаменяемы. Только при таком раскладе Челябэнерго по-хозяйски, устойчиво стоит на обеих ногах.

Как ни бодаются время от времени энергетики с шахтерами, жить им нужно, держась друг друга. Им давно бы не мешало упорядочить свои отношения, сделав их обоюдовыгодными. Это тем более надо делать, чем более дорогим может стать как челябинский уголь, так и экибастузский уголь для Троицкой ГРЭС, цена которого «привязана» к доллару США. Кстати, в основном из-за этой «привязки» более 2 месяцев не поступал казахстанский уголь на Троицкую ГРЭС. Станцию пришлось разгружать, а недостающую энергию покупать на оптовом рынке (ФОРЭМ). Как же прочно связать интересы угольщиков и энергетиков, чтобы первые не грели рельсы «Транссиба», а вторые не отключали за долги по свету и теплу своих потребителей?

Импульс к согласованной взаимовыгодной совместной деятельности шахтеров и энергетиков по обеспечению энергетической безопасности Челябинской области прежде всего должен исходить от областной власти, так как при энергетическом форс-мажоре, когда, не дай Бог, будут замерзать жилые дома и предприятия, избиратели спросят сначала с нее. Должны спуститься на землю и шахтеры, кроме Челяб-энерго свой плохой, дорогой уголь им продать некому, разве только отсыпать углем дороги.

В последнее время одним из актуальных мероприятий государственной политики в области реструктуризации ТЭК является создание энергоугольных компаний по принципу «ТЭС-угольный разрез». Такие компании созданы в Приморье («ЛуТЭК»), в Красноярском крае («БерТЭК») и Бурятии («БурТЭК»). Инициатором и автором подобных объединений выступает государство, имеющее контрольные пакеты акций главных угольного и энергетического холдингов России. При «скрещивании» шахтеров с энергетиками учитывается специфика объединяющихся предприятий, ситуация в регионах, пожелания местных властей, а также определяется главный владелец нового АО (ЗАО). В Минтопэнерго РФ и РАО «ЕЭС России» рассматривается вопрос о создании энергоугольной компании на базе объединения АО «Челяб-энерго» с АО «Челябинскуголь». Проводится технико-экономический анализ для обоснования создания такой энергоугольной компании.

Есть и другой путь объединения угольного и электроэнергетического производств. В Кузбассе может быть создан топливно-энергетический холдинг на базе «Кузбассэнерго» и «Кузбассразрезуголь». В доверительное управление (с последующей перспективой присоединения) «Кузбассэнерго» может быть передан контрольный пакет акций АО «Кузбассразрезуголь». Цель такого объединения: снизить региональные издержки в промышленном производстве, повысить управляемость в ведущих отраслях региона и решить проблему стабильного электро- и теплоснабжения.

В перспективе дешевую электроэнергию для нашей области могла бы вырабатывать Южно-Уральская атомная станция. Так, в принципе, и было задумано во времена СССР, когда было много общенародных денег и планов. Сегодня цена этого проекта неподъемна. Даже если бы он осуществился при финансовой поддержке центра, области пришлось бы покупать электроэнергию с общероссийского оптового рынка, как это в основном и происходит сейчас в регионах, где стоят АЭС. В ближайшие 5-10 лет основным топливом для большой энергетики области останутся уголь и газ.

События 1998 года показали, что наиболее слабым местом в топливно-энергетическом комплексе Челябинской области является Челябинский угольный бассейн. Его реструктуризация, приближение к современным реалиям экономики является первостепенной задачей. Такая затратная, перенаселенная персоналом структура, как АО «Челябинскуголь», уже не по плечу не только АО «Челябэнерго», Челябинской области, но и центру.
Александр ТЮЛЬКИН.

P.S. Решением энергетической комиссии и администрации Челябинской области с 01.01.99 года цена челябинского угля для Челяб-энерго повышена со 160 рублей до 242 за тонну. Следующая очередь — за энерготарифами?