Кому икры? Из угля

Читатель, конечно, простит по-новогоднему разухабистый заголовок. Никто икру из угля делать не собирается. Хотя из нефти ее пометать — энтузиасты, помнится, были. А сейчас можно со всей серьезностью отметить: заработать якутянам на икру с помощью и посредством нашего угля — вполне возможная вещь. И речь не идет об увеличении продаж за границу. Надо лишь потолковее использовать то, что мы держим в руках.

В этом нетрудно убедиться, посетив небольшой особняк на краю Нерюнгри — лабораторию комплексного использования углей Института горного дела Севера. Правда, ученые владеют не всем особняком, первый этаж из-за безденежья пришлось сдать в аренду. Но и при этой вопиющей бедности, невозможности переоснастить лабораторию на современный лад и обновить аппаратуру, десять нерюнгринских ученых добиваются впечатляющих результатов.

В структуре якутских углей они обнаружили некоторые особенности, которые привели к появлению совершенно новых, нигде в мире не существовавших способов переработки и технологий.

И тут мы продвигаемся поближе к «икре». Одной из основных разновидностей углей, оказывается, являются сапропелиты. А что сапропель — многолетние донные отложения на озерах — служит великолепным универсальным удобрением, известно уже многим. Так, нерюнгринские ученые разработали действительно не имеющий мировых аналогов электрохимический метод не только восстановления этого же благородного свойства угля, но и придания ему совершенно нового качества. Все просто: катод и анод погружаются в электролит, туда же засыпается уголь, подается постоянный ток — и готово! Рождается новое вещество, которое электрохимики именуют гуматом. Этот гумат облагораживает и обогащает гумус — плодородный слой почвы. И невероятно повышает его продуктивность (мчитесь в Нерюнгри, дачевладельцы!).

В 1996 году на 10 сотках коллективного сельскохозяйственного предприятия «Хатасское» новинка была испробована на капусте. Урожайность повысилась на 77,9 процента. В прошедшем году эксперимент повторили на площади в 27 гектаров. И масштаб с теми соточками несопоставимый, и лето выдалось далеко не капустное, жаркое. А все же прирост урожайности составил 26,5 процента.

Экологически новое вещество совершенно чисто, проверено Российским химико-технологическим университетом имени Менделеева и знаменитым МФТИ. Ноу-хау в этой разработке, конечно же, есть, иначе зачем было бы защищаться сразу двумя патентами!

И сколько же этого добра может наделать лабораторная полупромышленная установка? Доктор Михаил Бычев показал ее. В комнате площадью не более 20 квадратных метров стоят пять небольших оранжевых бункеров, оплетенных шлангами и проводами, маленький и очень мощный насос и уникальный мембранный фильтр. Собрали своими руками и отладили аспиранты Валерий Михеев, Андрей Томилов, Андрей Леонов. А мощности установки хватает на то, чтобы обработать три-четыре тысячи гектаров.

Еще одна чрезвычайно важная технология разработана в этой лаборатории. Агитировать за угольные брикеты в нашей республике никого не нужно. Это компактное, транспортабельное высококалорийное топливо решающим образом облегчит быт тысяч селян и позволит избежать вырубки таежных массивов. Газ-то не до каждого села дотянется, не говоря уж о стойбище оленевода или охотничьем зимовье. По нерюнгринской технологии связующим компонентом в брикете служат не отходы нефтепереработки, а обыкновенный торф, которого у нас полно. Очень охотно пошел на сотрудничество с учеными разрез «Кировский», что в Нюрбинском улусе. На совещании у заместителя республиканского премьера Р.Шипкова было решено выделить на эксперименты 100 миллионов неденоминированных рублей. Уголь и торф горняки прислали, доктора с кандидатами полностью приготовились — миллионы не пришли. А ведь можно поставить в республике несколько брикетных фабрик. Сколько пожелается мощных и экологически совершенно безопасных.

… Есть еще фундаментально-прикладная наработка. На разрезе «Нерюнгринском» для определения качества залегающих углей приходилось бурить множество разведочных скважин. Сотрудники лаборатории доказали, что больших изменений качества в пластах нет, и не нужно проводить дорогостоящие буровые работы.

А по большому счету речь идет не только о стимуляторах урожайности. Ведь угольной промышленности у нас в республике нет, есть только угледобывающая. И на сегодня опять становится актуальным вопрос: а стоит ли торопливо раскапывать все новые и новые месторождения, не будет ли эффективнее поглубже вглядеться в уже добытую угольную глыбу? Затраты — и по срокам, и по деньгам — как на новые разрезы и шахты, так и на углеперерабатывающие предприятия примерно одинаковы. И на икру можно заработать только на переработке.

М.МОРОЗОВ